Пешеходный мост через Березину и зона отдыха в дубовой роще – главный архитектор 70-80-х гг. рассказал, как строили Светлогорск, где находили средства и о чем мечтал председатель горисполкома. Уже в то время кинотеатр «Юность» виделся архитектору «морально и физически устаревшим», а ресторан «Пралеска» давал фору областным заведениям. К очередной годовщине города публикуем этот познавательный рассказ об истории Светлогорска.

Во время подготовки материалов к фильму «Парк» я познакомился с Анатолием Николаевичем Олифиренко. В 1972-1984 годах он был главным архитектором Светлогорска. Информация, которой поделился Анатолий Николаевич, помогла понять, как в то время решались вопросы строительства и благоустройства города. Как оказалось, парк – лишь малая, весьма незначительная часть того, чем приходилось заниматься главному архитектору.

В июле 2021 года, к 60-летию Светлогорска, в «Республиканской строительной газете» была опубликована статья по материалам Анатолия Олифиренко «Светлогорск: взгляд из светлого прошлого». Лично на меня эта статья произвела очень сильное впечатление. Так о Светлогорске ещё никто не писал. Обсуждая её с автором, услышал от Анатолия Николаевича мнение, что в нашем городе статью мало кто читал. С его разрешения я переработал материал, в том числе добавил эпизоды, не вошедшие в первый вариант.

Светлогорск: взгляд из светлого прошлого

Анатолий Николаевич ОЛИФИРЕНКО — советский, белорусский, российский архитектор. Главный архитектор Светлогорска (1972–1984) и Гомеля (1984–1994), депутат Светлогорского (1977–1984) и Гомельского (1984–1990) городских Советов депутатов. Позже — замдиректора по архитектуре ОДО «Инженерпроект», главный архитектор проектов в проектно-строительных компаниях Санкт-Петербурга. Ныне — пенсионер, творчески работает с металлом (декоративно-художественная пластика, литье), в живописи и графике.

Основные работы светлогорского периода — молодежное кафе на ул. Свердлова (1974–1975), Городской дом пионеров и школьников (1979), спортивный корпус спортивно-оздоровительного комплекса (1980–1983, в авторской команде).

Автор идеи и архитектор проекта памятника Н.П. Румянцеву (скульптор Н.А. Рыженков) в Гомеле, архитектор памятного знака узникам концлагеря в областном центре (скульптор Д. Попов).

Награжден Почетной грамотой Госстроя БССР (1977) и Грамотой Президиума Верховного Совета БССР (1978).

Из горпоселка Шатилки — в Светлогорск 

1972 год. Молодой амбициозный выпускник архитектурного факультета Брестского инженерно-строительного института при распределении просит направить его на работу в Светлогорск. Наполненный идеями Оскара Нимейера и Ле Корбюзье, романтикой комсомольских ударных строек, именно здесь, на земле, в ритме новостроек, а не в тишине проектного института, он стремится применить свои знания и творческий потенциал.

Таким я вспоминаю себя спустя полвека. В то время Светлогорску было только 11 лет. Возраст совсем мальчишеский, но город стремительно рос и требовал к себе внимания. Основные градообразующие предприятия — Светлогорская ТЭЦ, СЗИВ, ЦБЗ, Домостроительный комбинат. В основном сформирован первый микрорайон, завершается возведение второго (пятиэтажные дома, школа №6, Дворец химиков). На весь город одна кирпичная девятиэтажка на ул. 50 лет Октября.

Построено два дома (пятиэтажные, КПД) в границах 1-й очереди микрорайона №3. В подавляющем большинстве жилье представлено пятиэтажными панельными домами серии 1-464А, морально устаревшими хрущевками. Наиболее завершенными выглядят кварталы Пионерного поселка, двух- и трехэтажной застройки улиц Интернациональной и Ленина.

Поражало обилие дощатых заборов на ул. Ленина и на внутридворовых территориях, которые делили все пространства на бесконечные клетки «мини-огородов». Поселок Шатилки, с его укладом жизни, явно не спешил перерождаться в город Светлогорск. Здесь же, на ул. Мирошниченко, дощатый кинотеатр «Спутник», своим внешним видом навевающий образы первых синематографов времен американского дикого Запада. А рядом однообразные кварталы усадебной застройки, которые буквально изолировали молодой город от реки.

Вот с этих заборов и пришлось начинать. Внутри жилых кварталов их снесли, а вдоль красных линий ул. Ленина установили невысокие турникеты с металлическими решетками. В целом заборную болезнь города со временем удалось излечить, ведь даже территории школ стремились ограждать заборами повыше. По учреждениям образования установили даже специальный регламент — ограждения исключительно до 1,5 м высотой.

Главной все же была проблема дефицита в объектах торгово-бытового, культурного, медицинского детского обслуживания, а также в необходимости коренной модернизации крупнопанельного домостроения в городе и развития сети объектов инженерного обеспечения. Торговая сеть в Светлогорске была представлена скудным количеством объектов. Главной торговой точкой была «Дружба»: магазин не только пытался удовлетворить спрос на продовольственные и промышленные товары, но и являлся распределителем праздничных пайков для покупателей «по списку».

Духовный голод огромного числа потребителей книг и дефицитных пластинок фирмы «Мелодия» с записями зарубежных исполнителей 1970-х годов удовлетворял магазин «Книги». Огромный спрос активно растущего населения на мебель пытался обеспечить невзрачный деревянный магазинчик, напоминающий барак, напротив пожарного депо на ул. Ленина. Всегда поражало, какой неведомой силой удавалось рабочим втащить в низкий сумрачный торговый зал этого магазина с подгнившими досками пола очередной образец импортного гарнитура типа «Европа».

Крайне неразвитая сеть общественного питания (только один ресторан при гостинице). Отсутствует полноценный Дом быта. В городе не было роддома. Не хватало койко-мест в детской больнице. Кинотеатр «Юность» уже морально и физически устарел. Городской Дом пионеров размещался в небольшом помещении на втором этаже пожарного депо на ул. Ленина — в помещении с веселой легендой. Ранее там находился райотдел милиции. И самогон, который в изобилии изымали у жителей Шатилок, уничтожался «путем выливания» (все оформлялось соответствующим актом). Находчивые милиционеры уничтожали его «путем выливания в окна второго этажа», в то время как находчивые пожарные стояли снизу с тазиками…

Отраслевые министерства неохотно выделяли средства на развитие объектов соцкультбыта и торговли через свои подведомственные предприятия (5,4% от стоимости жилья). Вместе с представителями химзавода с произведенными по градостроительным нормам расчётами в руках мне приходилось доказывать эту несправедливость в Министерстве СоюзХимволокно в Москве. А Министерство торговли БССР (да и Министерство бытового обслуживания) за 22 года существования города (вплоть до 1983 года) вообще ни разу не выделило средств на строительство объектов торговли и общепита!

Остро стоял вопрос о начале строительства в городе 9-этажных жилых домов КПД. Заканчивалась застройка первой очереди 3-го микрорайона пятиэтажными панельками. Дальше по проекту застройки должны были возводиться только дома в девять этажей, которых у города не было. Едва успевали за новостройками объекты инженерной инфраструктуры. Светлогорск нуждался в новом водозаборе, станции обезжелезивания питьевой воды, современных системах теплоснабжения и канализации.

Слева Владимир Левчик, справа Михаил Митрахович

Все эти заботы ложились на плечи руководителей города — председателя горисполкома Михаила Ильича Митраховича и первого секретаря РК КПБ Владимира Константиновича Левчика. Спустя годы начинаешь понимать, какой волей, талантом руководителя-хозяйственника, а частенько и просто изворотливостью, граничащей с авантюризмом, надо было обладать, чтобы в условиях ограниченного финансирования поднимать город. Впервые я задумался над этим, когда в институте «Гомельгражданпроект», обсуждая возможность реализации одного из проектов, услышал: «Только ваш председатель, с его огромной пробивной силой, способен найти источники финансирования».

Слева: Анатолий Олифиренко, председатель горисполкома Михаил Митрахович, нач.участка ДСК Виктор Крюков

Инициативным «хозспособом»

Середина 1970-х годов была отмечена для Светлогорска высочайшей активностью в решении названных проблем. Провели огромную работу по совершенствованию крупнопанельного домостроения. При содействии Минпромстроя выполнили реконструкцию завода КПД, в результате которой город получил новую серию девятиэтажных панельных домов с лучшей в республике планировкой квартир. Все предприятия помогали изыскивать металл для изготовления форм новых ЖБИ для девятиэтажных КПД. Появление девятиэтажек значительно улучшило архитектурно-художественный облик Светлогорска. На фасадах мы стали использовать различные элементы декора, более жизнерадостную цветовую гамму, что придавало застройке еще большую выразительность.

В городе масштабно разворачивается инициативный метод строительства, так называемый хозспособ. Силами стройгруппы Горторга, как грибы после дождя, вырастали новые небольшие магазины на основе легких сборных металлоконструкций с их достройкой и приданием достойного внешнего вида. Эти торговые точки существенно улучшили обеспечение населения товарами и услугами. Вполне отвечающие современным архитектурным требованиям по внешнему виду, они и сейчас востребованы в микрорайонах и в пос. Светоч. По такому же методу был построен и первый в городе пивной бар на ул. Свердлова (бар «Вячоркі»).

Надо отметить, что проектная документация по большинству названных объектов выполнялась своими силами. В эти годы в Светлогорске не было ни одной проектной организации гражданского профиля. И эту функцию приходилось брать на себя. Чуть позже удалось создать полноценный отдел городской архитектурной службы с хозрасчетной проектной группой, а в 1978-м в штате появились должности главного художника и ландшафтного архитектора.

Инициативный хозспособ начал давать результаты. Построенные силами ведущих предприятий города подсобные хозяйства стали обеспечивать население свининой. В реконструированном здании бывшей конторы ЖЭК разместился Дом пионеров. А еще через несколько лет город нашел средства для проектирования школы искусств, которая была построена на территории лесопарковой зоны в границах будущего общественного центра Светлогорска. Без излишеств, но с необходимым нормативным набором элементов строятся общегородской и заводские стадионы. Между вторым и третьим микрорайонами силами ЦБЗ возводится спортивный корпус. На субботниках благоустраиваются пешеходные аллеи, участок аттракционов и танцплощадка на территории будущего городского парка. Здесь же разместился гражданский самолет, в котором планировалось открыть детский кинотеатр. В старом детсадике на ул. Ленина после реконструкции расположился Музей истории города. Руками светлогорцев создается мемориальный памятный знак на рубеже операции «Багратион». И наконец, под видом санэпидстанции на территории райбольницы возводится роддом. Сама же санстанция была построена позже за счет средств «Химволокно».

Надо отдать должное моим руководителям: отсутствием фантазии и инициативы они не страдали. Частенько фонтан идей изливался настолько обильно, что я не успевал переложить их на ватман, чтобы в виде элементарного архитектурного проекта представить на рассмотрение. Обсуждения на высоком уровне обычно заканчивались конкретными поручениями руководителям городских предприятий по реализации этих проектов.

По такой методике решались не только проблемы дня сегодняшнего. «Инициативным» способом проектируется и строится взлетно-посадочная полоса и здание будущего светлогорского аэропорта в районе д. Чирковичи, изучается возможность реконструкции недействующей водонапорной башни под ресторан рядом с аттракционами, разворачиваются работы по возведению комплекса с искусственным льдом. И это за 30 лет до того, как в республике будет принята программа широкого строительства спортсооружений с подобным покрытием!

А еще заветной мечтой председателя Светлогорского горисполкома было построить пешеходный мост с набережной на другой берег Березины, в дубовую рощу, чтобы сделать ее доступной для отдыха горожан. Определили даже место для его возведения, и Михаил Ильич пытался «пробить» в Правительстве вопрос о выделении средств.

Многими удивительными качествами обладал этот человек. Он знал расположение всех подземных инженерных сетей в городе. И в случаях, когда они не были нанесены на топосъемку (БТИ не всегда успевало это сделать), находил эту трубу или кабель по блуждающим подземным токам с помощью двух изогнутых проволочек в руках, как искали воду в пустыне. А если возле какого-либо открытого технического колодца в любое время суток стояла группа людей, мы все знали: Михаил Ильич проводит совещание. Иногда на шутливо-язвительное замечание вышестоящих чиновников, мол, «не барское это дело» — следовал ответ: «Не надо бояться черной работы». Эта фраза стала девизом всей его жизни.

Противостояние

Конечно, далеко не все фантазии и решения руководства, которые, как правило, претворялись в реальные и полезные для города дела, проходили для меня безболезненно. Главной целью администрации было дать городу квадратные метры жилья, новые торговые и социальные объекты обслуживания, новое производство с дополнительными рабочими местами. Моей же задачей стало, пропустив все это через себя, не нарушая генплан и требования градостроительных норм и правил, сформировать современный архитектурно-художественный облик нового города.

А эпизодов неприятия таких норм было более чем достаточно. При строительстве кольцевых транспортного перекрестка улиц Калинина и Свердлова, ради экономии, был вдвое уменьшен диаметр зеленого острова. Мои попытки воспротивиться этому игнорировались. Но, когда на крутых виражах с прицепов строительных грузовиков на дорогу стал рассыпаться кирпич, зеленый островок быстро заасфальтировали, превратив его в обыкновенный перекресток. Тогда у меня впервые появилось желание бросить все и уехать на Сахалин (причем на самую дальнюю северную точку острова).

Второй раз такое желание возникло в 1978 году, когда приступили к застройке центральной площади Светлогорска. Был готов проект обычного 9-этажного жилого панельного дома, изготовленный негласно, без ведома и согласования архитектурных органов. Снесен ряд частных домов вдоль ул. 50 лет Октября, появилась строительная техника. Это противоречило проекту детальной планировки общегородского центра и было равносильно покушению на убийство — убийство современного архитектурного ансамбля застройки центральной площади города с его главной вертикалью — 16-этажным точечным домом и 9-11-этажной лентой со встроенно-пристроенными общественными помещениями, выходящей к набережной. По генплану и ПДП — это эпицентр, культовое место, в котором центральная площадь должна раскрываться на Березину с выходом в набережный парк — зону предполагаемого повседневного отдыха горожан.

В это время архитекторам городов были даны некоторые полномочия, в т. ч. выдавать разрешение Стройбанку на открытие финансирования строительства. Разрешение я не выдал: заказчик проекта понес затраты. После этого был жесткий прием в кабинете первого секретаря РК КПБ, где меня просто и откровенно послали вместо Сахалина совсем в другое место, заявив при этом, что я нужен здесь и обязан здесь работать. Затем «торец стола» на заседании бюро райкома и т.п. Но разрешение выдано не было. Проектная документация выброшена в корзину, заказчик проекта – ЦБЗ, понёс затраты.

Вскоре вся эта история докатилась до руководства Госстроя БССР. Затем был визит в Светлогорск председателя Госстроя республики Владимира Адамовича Короля. С восхищением я наблюдал, как Народный архитектор СССР, один из авторов проекта послевоенного восстановления Минска и создания монумента Победы, эмоционально и убедительно рисовал картину будущего архитектурного ансамбля застройки центральной площади, убеждая руководство города в опрометчивости ранее принятого решения. Тема была исчерпана. Несколько месяцев спустя меня вызвали в кабинет секретаря горисполкома, где тихо, без публики и аплодисментов вручили грамоту Верховного Совета БССР и правительственную телеграмму с поздравлениями.

С особым отношением к природе

Богатейший лесной ландшафт, в условиях которого велось строительство Светлогорска, требовал к нему особенного отношения. Уважение к каждому деревцу укрепилось во мне во время прохождения преддипломной практики в рижском проектном институте. При выполнении благоустройства застраиваемых территорий обязательным было требование максимального сохранения существующих групп и даже отдельных деревьев. Этот принцип лежал в основе трассировки пешеходных тротуаров, размещении дворовых площадок и т. д. Обширные территории в пригороде Риги и в целом этого региона были покрыты сосновым лесом. Юрмала и другие уже освоенные территории стали для меня образцом бережного отношения к лесу.

Проектная документация на застройку 3-го микрорайона Светлогорска не отличалась большой заботой о сохранении леса, использовании его в системе озеленения дворов и улиц. Всё вырезалось, бульдозер расчищал площадку, где впоследствии возводилось здание, вокруг которого затем заново высаживались молодые деревья и кустарники. По этой схеме строилась и школа №7 в третьем микрорайоне, которая стала последней каплей в моем противоборстве за уважительное отношение к природе.

Лишь постепенно удалось достичь положительного результата. Проектная документация стала выполняться на топооснове с подеревной съёмкой и включением сосен в систему озеленения дворов и улиц. Границы вырубки деревьев должны были пройти согласование в отделе архитектуры. Безмерно благодарен начальнику участка ДСК Виктору Ивановичу Крюкову и Виктору Васильевичу Тимохину — начальнику стройуправления, а впоследствии управляющему ОАО «Строительный трест №20», за взаимопонимание, которое нам удалось достичь в вопросах сохранения лесного ландшафта. Ради сохранения одной красивой сосны строители даже соглашались перемещать подкрановые пути! В то время мне казалось, что в застройке Светлогорска достигнута максимальная гармония с природой. Но прошло четыре десятилетия — и на ценнейшей заселенной территории общественного центра (по генплану города) между ул. 50 лет Октября и Калинина красуется безликое «тело» гипермаркета, на месте красавиц сосен — голый асфальт парковки. А ведь при выдаче задания на проектирование достаточно было потребовать при разработке проекта продумать планировочное и объемно-пространственное решение торгового центра с максимальным сохранением леса и включением его в композицию объекта.

И вообще, как принято в таких случаях, объявить конкурс на лучший вариант застройки этой территории с последующим обсуждением общественностью города. В итоге можно было бы получить не просто торговые площади на стопроцентной вырубке, но современный многофункциональный общественный центр в виде лёгких современных модулей, рассредоточенных, но связанных между собой галереями и зелёными островками сосен. Здесь мог появиться бульвар с площадками для летних кафе и отдыха среди сосен в гармонии с природой. Мог бы состояться завершённый архитектурный ансамбль нового общественного центра Светлогорска, любимого места отдыха горожан и тусовки молодёжи в вечернее время. Мог бы… К сожалению, установилась другая традиция.

За 60 лет в городе так и не появился парк культуры и отдыха, а территория аттракционов, где мы в свое время проводили субботники, поросла бурьяном. Важнейшая центральная часть набережного парка (ул. Советская), намеченная проектом детальной планировки 1970-х годов для повседневного отдыха горожан (БелНИИП градостроительства), застроена коттеджами. Значит, задуманный градостроителями архитектурный ансамбль общегородского центра с раскрытием его на р. Березину, уже не состоится. Он заблокирован этими коттеджами и ещё двумя стекло-металлическими «сундуками» по правой стороне улицы 50 лет Октября. Авторы нового генплана Светлогорска 2021 года скромно умалчивают об этом, предлагая создание набережного парка ниже по течению реки. Правда, для этого придется снести золоотвалы ТЭЦ, которые давно используются садовым товариществом. Закономерный вопрос: неужели за последние 40 лет проблемы реализации генерального плана города ни разу не рассматривались депутатами и общественностью на сессии райсовета, областным градостроительным советом или в Госстрое республики? Ведь 50-60 лет для города – подростковый возраст. Он чреват различными негативными всплесками и нуждается в своевременном мудром совете.

Заслуженный архитектор Беларуси Виктор Иванович Аникин — член авторского коллектива разработчиков первого генплана Светлогорска (1961), в свое время предостерег: «В городе существуют ценные по своей градостроительной значимости участки — территории общественных центров по генплану и т.п. Они предназначены для возведения зданий с высокими архитектурно-художественными достоинствами и формирования архитектурных ансамблей. Это ценнейшие, золотые участки. Главный архитектор города, как главный дирижер в застройке, должен очень требовательно подходить к их использованию. И если на сегодня достойного застройщика нет, задача главного архитектора города сохранить эти драгоценные участки для будущего». К сожалению, при застройке указанных выше ценнейших территорий «главный дирижер» оказался не на месте.

Город, достойный светлого имени

В 1970–80-е годы, несмотря на отсутствие достаточных средств, желание сделать молодой город привлекательным проявлялось практически у всех. Улучшалась эстетика фасадов домов КПД. Здания в кирпиче в большинстве своем вводились в эксплуатацию с отделкой фасадов и даже декоративно-монументальной пластикой в мозаике. Появились новые малые архитектурные формы и другие элементы городского дизайна. И в этом большая личная заслуга художника города Виктора Смоляра, который впоследствии создал и декоративно-монументальный рельеф в сквере Коммунаров в Гомеле. Считаю, что Светлогорску действительно повезло, ведь здесь живет и продолжает творить Мастер своего дела.

Помню, когда пришло время создать художественный облик нового ресторана «Пралеска» в составе торгового центра в 3-м микрорайоне, многие, начиная с директора городского комбината общепита Анастасии Макаровны Дробышевской, вложили свою душу в это дело. Из Минска пригласили группу профессионалов-художников, которые своими произведениями в металле (меди), керамике, стекле, драпировках, превратили «Пралеску» в настоящее творение искусства. Впоследствии, уже работая в Гомеле, я не смог выделить ни один ресторан в областном центре по художественному уровню интерьера, равным тому, что мы создали в Светлогорске. В начале 2010-х мне довелось посетить этот торговый центр: от былого великолепия, к сожалению, здесь не осталось ни следа. Уничтожена сама идея организации пространства, созданная Виктором Чуглазовым — талантливым дизайнером, успешно работавшим в оформлении ряда международных выставок за рубежом. Исчезла садово-парковая керамика Ивана Курочицкого на террасе перед входом в ресторан, великолепная металлопластика из меди (центральная люстра, бра и т. д.) Ларисы Малышевой, художественная керамика, украшавшая интерьер коктейль-бара, выполненная по уникальной технологии на гончарном круге, известного белорусского скульптора, художника-керамиста, живописца Николая Нестеровского. Его работы представлены во многих музеях Беларуси, зарубежья, но… уже не в Светлогорске.







Может быть, кто-то хочет списать это на 90-е? А возможно, я ошибаюсь, осуждая это варварство, и смогу увидеть хотя бы часть этих произведений искусства в музее истории города? А может за прошедшие 40 лет в Светлогорске появился не менее достойный ресторан?

Современных детей воспитали, вырвав из истории города отдельные лучшие страницы. И вырвали их не пришельцы из космоса, а взрослые дяди и тёти. Вычеркнули их из списка возможных названий улиц города, словно и не было в его истории достойных людей и событий. А иначе появились бы на карте Светлогорска проспект Строителей, бульвар Архитекторов, сквер Художников и имена людей, делавших всё, чтобы у этого города было светлое будущее.

В последние годы значительно улучшился облик городов и деревень нашей республики. Они стали не только краше, но и комфортнее. То внимание, которое государство уделяет формированию благоприятной среды для жизни, а также восстановлению историко-культурного наследия (к примеру, того же Несвижского и Мирского дворцово-замковых комплексов), коренным образом изменило лицо моей Родины. Эта добрая традиция уже приобретает силу Закона в Беларуси. Хочется верить, что мой Светлогорск, как частица этой страны, будет следовать добрым традициям и переосмыслит отдельные эпизоды своей биографии. А люди, живущие здесь, найдут в себе силы построить город, о котором мечтало мое поколение, город, достойный своего светлого имени.

По материалам Анатолия Олифиренко, опубликованных в «Республиканской строительной газете»

Если вы дочитали эту статью, нажмите пальчик.
Давайте обсудим эту статью в нашем Ранак-Чате